пятница, 13 ноября 2015 г.

Из истории ленинградского Общепита



В зале ресторана гостиницы "Астория".
Ленинград. 1930-е годы.



Летом 1933 года ОГПУ и Союз советских писателей организовали поездку группы советских литераторов по только
что построенному Беломорско-Балтийскому каналу.
Путешествие началось в Москве, откуда спецпоезд доставил писателей в Ленинград. Здесь их ожидали экскурсии
в Эрмитаж и Петергоф, а вечером - ужин в банкетном зале гостиницы "Астория".
Один из участников поездки молодой писатель Александр Авдеенко спустя годы вспоминал этот пир в период
карточной системы: "Чекисты приготовили в банкетном зале "Астории" немыслимо роскошное угощение.
Длиннющий стол накрыт твердыми, негнущимися, накрахмаленными, белее снега, скатертями, заставлен блюдами и тарелками.
Громадные, в бронзе и хрустале, люстры. Мраморные колонны. Картины. Зеркала.
Официанты величественны, как лорды: черные костюмы, твердые белые воротнички, галстуки-бабочки.
Даже Алексей Толстой, тамада застолья, выглядит скромнее, чем они.
Писатели шумно усаживаются за стол, разворачивают накрахмаленные салфетки, небрежно прилаживают за воротник
или бросают на колени. Не переставая разговаривать, накладывают на тарелки салат, красную рыбу, черпают ложками рассыпчатую черную икру, наполняют бокалы, рюмки.
Я пристроился в конце стола. Ошалел от невиданного изобилия. Будто ожили картины, виденные в Эрмитаже.
На огромных блюдах, с петрушкой в зубах, под прозрачной тол-ей заливного, растянулись осетровые рыбины и поросята.
На узких и длинных тарелках розовеют ломтики истекающей жиром теши, семги, балыка. Бессчетное количество тарелок завалено пластинками колбасы, ветчины, сыра. Плавают в янтарном масле шпроты. Пламенеет свежая редиска.
В серебряных ведерках, обложенные льдом и накрытые салфетками, охлаждаются водка, вино, шампанское, нарзан, боржом.
Тем, что есть на столе, можно накормить всю нашу ораву, а лорды в черных пиджаках и белоснежных манишках разливают по тарелкам борщ, бульон, лапшу, кто чего желает. И это называют "первым", хотя до этого было не менее двадцати блюд.
Официанты сменили тарелки, подали горячую, в белом соусе, свежую рыбу. Таяла она во рту. Опять сменили тарелки, подали еще одну перемену: шашлыки по-кавказски, отбивные по-киевски, кровавые куски мяса, бифштексы по-деревенски, жареных цыплят и индюшек. Опять - кто чего желает!
Не знаю, как другие, а я объелся и упился. Отяжелел, размяк. Ел бы еще, да некуда. Кишка тонка. Смотрю на стол осоловелыми глазами и очень хорошо понимаю строку, вписанную Горьким в мою рукопись: "Он жалел, что так много хорошей пищи было съедено зараз".
Нет сил подняться, а официанты нагрянули с новой переменой. Притащили мороженое, персики без косточек и кожуры.
Не сдержался, слопал и сладкое. Да еще две порции. Уж пировать так пировать! Может быть, это первый и последний
пир в жизни!"
(А.О. Авдеенко. "Наказание без преступления").



Образцовая сосисочная в доме 114 по проспекту 25 Октября (ныне Невскому).

Ленинград. Ноябрь 1936 года.
Автор фотографии А. Агич.

Обратим внимание на присутствующую в кадре официантку.

"...Было одно для всех ленинградцев всех возрастов вожделенное место. Кафе "Норд".
После войны, в пору борьбы с космополитизмом, его, как и папиросы того же имени, назвали, естественно, "Север".
Еще существует эта кондитерская на Невском. А тогда, пройдя сквозь магазин, сквозь невыносимо сладкий
запах лучших в городе пирожных "от Норда", открывали дверь в кафе.
Маленькие столики, крытые стеклом поверх зеленого сукна, многочисленные фарфоровые белые медведи,
зеркала, низкие потолки.
Какие лакомства! "Кофе с огнем", например. Не слишком вкусный напиток, но он пылал (политый сверху спиртом)
и вызывал безудержное счастливое волнение. Блинчатые пирожки - нет, не банальные трубочки, а именно, сложенные конвертом пирожки из тонких блинчиков. А пирожные! Это нельзя пересказать. Мы ходили к "Норду"!!!
...Однако именно с этим кафе связана жуткая, типичная для времени история.
В один и тот же вечер несколько десятков людей отравились эклерами от "Норда" (я в том числе). Крем был сварен
в котле с какой-то окисью. И, конечно, говорили о вредительстве. Что сделали с поваром - неизвестно, но зловещие
слухи ползли по Ленинграду..."
(М.Ю. Герман, "Сложное прошедшее").



Общий вид кафе №3 на проспекте 25 Октября.
Ленинград. 1934 год.

via foto-history

Комментариев нет:

Отправить комментарий