вторник, 17 января 2017 г.

Австро-венгерские штурмовые формирования периода Первой мировой войны



Когда австро-венгерская армия вступила в первую мировую войну, она использовала тактику, отработанную на маневрах довоенного периода. Тактика основывалась на опыте Франко-прусской войны 1870–1871 гг. и была нацелена на проведение наступательной войны. Все руководства по тактике указывали, что нападение — всегда лучший выход из любой ситуации. Это касалось главным образом пехоты, которая должна была уметь действовать самостоятельно, даже без поддержки артиллерии или кавалерии.

Большие кампании лета–осени 1914 года на северо-востоке и юго-востоке велись именно таким образом. Для каждого полка или батальона этот вид войны предполагал постоянный натиск на вражеские позиции. После выяснения положения врага — немедленную атаку, даже без предварительной подготовки. Эта тактика называлась «recontre». В начале австро-венгерское командование не понимало, что российские и сербские позиции предварительно усилены аванпостами. В течение начала боевых действий эти аванпосты были быстро опрокинуты и вынуждены к отступлению. Австрийцы восприняли это как победу. Но когда их войска достигли главных вражеских позиций, где были встречены хорошей обороной с сильной артиллерийской поддержкой, они были уже расстроены и находились в беспорядке. Естественно немедленно потребовалась поддержка собственной артиллерии, но та только начала выдвижение.





Фельдфебель австро-венгерских штурмовых частей, 1917 г.

В этот период для каждого отдельного солдата пехоты тяжелым фактом стало то, что он, как требовали уставы, постоянно атаковал неприступные позиции и, таким образом, имел все шансы погибнуть, но не имел хоть какой-либо возможности продвинуться вперед или назад. Количество жертв стремительно росло. В течение зимы 1914–1915 годов ситуация изменилась.

Хотя и позже, чем на западном фронте, противоборствующие стороны стали буквально «вгрызаться» в землю, организовывая оборонительные препятствия перед траншеями и артиллерийские позиции позади них. Первоначально это была всего одна линия окопов, которая и была целью любого наступления. Там где противнику удавалось захватить даже небольшой участок, приходилось оставлять ему целые сектора обороны, чтобы предотвратить крушение всего фронта. Чтобы избежать этой проблемы, австро-венгерское верховное командование (Armeeoberkommando — АОК), главным образом основываясь на немецком опыте на западном фронте, начало углублять линию обороны. Приблизительно через 100 метров позади первой линии окопов начали рыть вторую, а за ней, примерно на таком же расстоянии, третью. Все три линии связывались ходами сообщений.

Это полевое инженерное сооружение получило название «первая позиция» (1. Stellung). Еще глубже на 2–3 километра устраивалась «вторая позиция», также состоявшая из трех линий окопов

Австро-венгерские штурмовики в окопах

Позади второй позиции развернули артиллерию. Третья позиция, как правило, так и оставшаяся недостроенной, предполагалась на уже расстоянии 4–6 км. Переход к позиционной войне привел, естественно, к изменению тактики. Теперь атака имела шансы на успех только при артиллерийской подготовке, которая могла уничтожить заграждения и первую линию обороны врага, что позволило бы собственной пехоте вступить в контакт с противником и захватить его позиции. Но чтобы достигнуть решающих результатов, было необходимо взять вторую линию обороны и, самое главное, позиции вражеской артиллерии.
Если этого нельзя было достигнуть, враг мог огнем собственной артиллерии отсечь наступающую пехоту и уничтожить ее. Так практически всегда и получалось. В результате наступающие с большими потерями отбрасывались назад.

Очередным выходом из патовой ситуации было наращивание артиллерийской мощи для того, чтобы иметь возможность разрушить и первую, и вторую линию обороны противника. Атака должна была быть тщательно запланированной и подготовленной. В продолжительные периоды «затишья» боевые действия на фронте ограничивались перестрелками, вылазками аванпостов и борьбой за контроль «ничейной земли». В российской армии еще с 1886 года существовали «охотничьи команды», выполнявшие функцию полковой разведки. Рейды специально подготовленных «боевиков», чей успех часто был обязан слухам, снижали боевой дух австро-венгерской армии.

Вместо кепи штурмовики носили стальные каски, например, на этих бойцах австрийские стальные шлемы немецкого образца М.17.

Солдаты опасались, что не смогут защитить себя от внезапных нападений и засад. Естественной реакцией было простое копирование этих специальных подразделений в собственной армии и создание собственных «охотничьих команд» (Jagdkommandos). Первые подобные отряды появились без какого-либо согласия со стороны АОК. На некоторых участках фронта число и численность таких отрядов быстро росли. В литературе действия таких команд расписаны очень романтично, но на самом деле это была трудная и опасная работа.

На западном фронте траншейная война началась еще в 1914 году. Обе стороны были вынуждены признать, что старая тактика в новых условиях войны стала бесполезной. Командиры германской армии начали вырабатывать новую тактику, основанную на использовании «штурмовых отрядов» (Stoßtrupps). Бойцов таких отрядов вооружали облегченными винтовками, ручными гранатами и кусачками для проделывания проходов в проволочных заграждениях. Задачей отряда было первыми пересечь «ничейную полосу», войти в первую линию вражеских окопов и очистить ее в рукопашном бою. Позже их задача была сокращена до проделывания проходов для собственной наступающей пехоты в заграждениях противника.

Австро-венгерский стальной шлем фирмы Berndorf с защитной пластиной

Все это означало, что «штурмовики» должны были иметь подготовку не только пехотинца, но и военного инженера. В марте 1915 года было создано такое первое подразделение. Оно состояло из двух инженерных рот и секции 37-мм орудий. По имени командира оно получило название «Sturmabteilung Calsow».

Однако первый опыт использования этой специализированной части был неудачным потому, что более высокое командование просто не знало, как ее можно применить. Таким образом, она была превращена в обычное пехотное подразделение. Ситуация изменилась только в июне 1915 года, когда часть возглавил гауптман Pop (Hauptmann E. Rohr).

Гауптман (капитан) Вилли Мартин Эрнст Рор, (1877 -1930 гг.) - "отец" штурмовых отрядов

Он реорганизовал подразделение и оно стало теперь состоять из двух инженерных рот, секции 37-мм орудий, пулеметного взвода из 6 пулеметов, минометной команды с 4 маленькими минометами и огнеметной команды. В 1916 году были утверждены новые правила. Согласно им только 50% личного состава должны были находиться на линии фронта, а остальные — вести специальные курсы обучения пехотинцев новой тактике. Курсы разместили в Бевиле (Beuville). Отряд Рора быстро рос. Появились две новые роты и, таким образом, отряд стал «штурмовым батальоном Рора». Во всех германских армиях (как войсковых соединениях) появились штурмовые батальоны из офицеров и солдат, прошедших курсы Рора - за время ведения первой мировой войны их появилось 17.

Австро-венгерское верховное командование также прониклось острой необходимостью в обучении собственной пехоты. Каждая армия должна была организовать специальные курсу, на которых опытные солдаты могли бы обучить новичков особенностям тактики траншейной войны. Когда выяснилось, что у немцев такое обучение уже налажено, АОК испросило разрешение у Германского верховного командования на командирование группы офицеров на курсы в Бевиль. Таким образом, 15 австро-венгерских офицеров прошли два курса в Бевиле в сентябре-октябре 1916 года. Первый опыт удался и АОК попросил продолжить обучение. В ответ немцы провели в ноябре-декабре 1916 и январе 1917 гг. специальные курсы только для представителей австро-венгерской армии — 120 офицеров и 300 унтер-офицеров. Копируя немецкую систему, эти чины организовали курсы в армейских соединениях.

Получи, фашист вражина бомбу!

Эти армейские курсы до весны 1917 года должны были подготовить два штурмовых взвода (Sturmpatrouillen) в составе каждой пехотной роты. Взвода сводились в армейские батальоны. Их состав отличался от немецких из-за разных армейских ресурсов в армиях - обычно это были 4 пехотные роты, пулеметная рота, инженерная, минометная и огнеметная команды. Низкая интенсивность боевых действий на северо-восточном фронте позволила безболезненно снимать большое количество солдат с первой линии обороны и направлять на курсы. В то же время ранее существовавшие Jagdkommandos попросту переименовывались и включались в состав новых батальонов.

Другая ситуация сложилась на итальянском фронте, особенно в свете поражений при Изонцо (Isonzo). Полковые командиры часто отказывались снимать с фронта лучших солдат и направлять их в тыл только на переподготовку.

Первое боевое использование австро-венгерских штурмовиков прошло в течение десятого сражения при реке Изонцо. Опыт был удачен. Когда штурмовые роты были разделены на отдельные команды, наступавшие во главе пехотных частей, успех достигался всегда. В то же время, если штурмовые подразделения действовали большими группами, они несли тяжелые потери и терпели поражение, особенно если отсутствовала предварительная разведка.

Австро-венгерский штурмовик.

Поэтому АОК разработало общие правила использования штурмовых батальонов в будущем. Также был окончательно установлен состав подразделений. В отличие от раннего периода и немецкой системы, начиная с июня 1917 года, австро-венгерские штурмовые батальоны должны были существовать на дивизионном уровне. Каждая пехотная дивизия должна была иметь дивизионный штурмовой батальон, состоящий из множества штурмовых рот, также как дивизия делится на полки. Каждая кавалерийская дивизия должна была создать так называемый штурмовой полуполк. Отдельные бригады - штурмовые полубатальоны. Нумерация штурмовых батальонов, полуполков и полубатальонов совпадала с нумерацией соединений, в которые они входили. Но нумерация штурмовых рот — с нумерацией полков, в составе которых они были созданы.

Множество проблем было связано с поставками вооружений и экипировки. В дополнение к штурмовым ротам в состав батальона должны были входить пулеметная рота, секция пехотных артиллерийских орудий, минометный и огнеметный взвода, отряд телефонной связи. Из-за нехватки ресурсов эти необходимые боевые элементы приходилось заимствовать во фронтовых частях, а по завершению курса обучения или после выполнения миссии немедленно возвращать обратно. Несомненно, то, что до октября 1917 года большинство штурмовых батальонов не имели собственных подразделений огневой поддержки.



Главным фактором в решении этой проблемы стало двенадцатое сражение при Изонцо, в котором соединенные войска Германии и Австро-Венгрии прорвали итальянскую оборону. Множество трофеев было передано штурмовикам. Среди них было большое количество пулеметов и первых пистолетов-пулеметов, которые немедленно были пущены в дело. В течение упомянутого двенадцатого сражения австро-венгерские штурмовые батальоны полностью доказали свою эффективность в условиях траншейной войны. Их элитный характер был подобен довоенной роли кавалерии. Штурмовые части стали символом наступательного духа и успешных атак.
Но, в тоже время, это вело к переоценке их роли на поле боя.

До июня 1918 года австро-венгерская армия имела в своем распоряжении достаточно большое количество штурмовых частей. Каждая фронтовая рота имела в своем составе штурмовой взвод, готовый к проведению разведки или специальной операции на вражеских аванпостах. Во-вторых, имелись полковые штурмовые роты, входившие в состав дивизионных батальонов. И в третьих, отлично экипированный преподавательский штат армейских курсов штурмовиков.

Значок-эмблема австро-венгерских штурмовиков

Но с 1918 года вновь изменились условия ведения траншейной войны. Вместо 1-й, 2-й и 3-й позиций были созданы боевые зоны. 1-я и 2-я позиции были объединены в «главную боевую зону», глубиной, приблизительно, четыре километра. Она была защищена с фронта линией аванпостов. Бункеры, закамуфлированные пулеметные огневые точки, глубоко эшелонированные заграждения, скрытые позиции пехотных артиллерийских орудий и минометов укрепили пространство между бывшими 1-й и 2-й позициями. Это означало, что во время атаки пехота должна была взять не только линии окопов, но всю боевую зону в целом.

Несмотря на большое количество имевшихся штурмовых подразделений, их, все же, было недостаточно для того, чтобы взять всю зону. Это было одной из причин провала наступления на реке Пиаве (Piave) в июне 1918 года.

После этого сражения все штурмовые взвода и подразделения были сняты с фронта и направлены в учебные лагеря. До конца войны на них возлагались только задачи разведки и небольших локальных боевых операций. После окончания Первой мировой войны от идеи использования небольших специально подготовленных и экипированных штурмовых отрядов отказались.

Десятник пробоевого (штурмового) отдела Легиона Украинских Сечевых Стрельцов, 1917- 1918 годы.

Было решено, что главную роль в последующих конфликтах будет отведена индивидуальной подготовке каждого солдата к рукопашному бою и траншейной войне, что делало бессмысленным содержание каких-либо специализированных частей.

В конце 1918 года вместе с австро-венгерской армией прекратили свое существование штурмовые батальоны. Но их опыт боевых действий, навыки послужили основой обучения и организации пехоты и армий Европы в период второй мировой войны.

via foto-history

Комментариев нет:

Отправить комментарий